Новости конкурса
Кристина Горячек (Wilda Lis): «Мы живём в эпоху гениев»

Кристина Горячек (Wilda Lis): «Мы живём в эпоху гениев»

Участница Шестого литературного конкурса «Горю Поэзии огнём», 27-летняя Кристина Александровна Горячек из Челябинска, рассказала gpo2018.ru о своем творчестве.

Когда Вы начали писать стихи, что Вас побудило на творчество?

Начала писать ещё лет в пять, тогда же, когда в принципе научилась читать и писать. Конечно, поначалу это были милые детские глупости с элементарными рифмами – я любила книжки со стишками и, вдохновляясь стилем типичных детских песенок-прибауток, ваяла что-то своё на листочке бумажки крупным корявым почерком. Иногда то, что я лепетала, записывали также и мои родные. После гибели моей горячо любимой бабушки я нашла у неё в ящике письменного стола старую тетрадь, в которой хранились дневниковые записи разных лет. Помимо всяких заметок я наткнулась на целый раздел с названием «Стихи Кристины» датируемый серединой девяностых годов. Оказалось, что она записывала за мной то, что я говорила в рифму – про семью, про погоду, про детский сад, про свою кошку, и прочее. Да, это был один из тех моментов в моей жизни – знаете, такие обычно бывают в драматических фильмах, когда под трагичную мелодию вещь со слезами выпадает у героя из рук. Я не знала, что бабушка записывает всё это за мной, это открытие посетило меня слишком поздно, только после её смерти. Но вспоминая этот момент, я всё думаю о том, что то, что я делаю сейчас – как минимум не зря. Значит, всё идёт так, как и должно быть.

Какие темы Вы обычно поднимаете в своих стихотворениях?

Проще сказать, какие темы я не поднимаю в своём творчестве, хотя, пожалуй, таких тем и нет вовсе. Для меня не существует табуированной тематики, я не делю явления и события на те, о которых писать можно и на те, что недостойны детального описания. Таким образом, моя главная тема – моя жизнь и окружающий меня мир, о котором я могу что-то рассказывать в рамках полученного мной жизненного опыта.

Что для вас – источник вдохновения?

Могу сказать совершенно искренне – этого я не знаю до сих пор. Я не знаю, что это, не знаю, откуда это берётся. Просто иногда я начинаю слышать голос в своей голове и, как правило, он говорит в рифму. Не знаю, как пишутся мои тексты, ведь они уже готовыми приходят в мои мысли, я их просто внимательно записываю. Наверное, это просто какая-то врождённая опция в мозгу – способность писать. Помню, на финале одного международного литературного конкурса двое моих «коллег по цеху» обсуждали современную поэзию, сетуя на то, что всем вокруг недостаёт мастерства, что нужно повышать уровень, подбирать более оригинальные рифмы и т.д. Я сидела и толком не понимала, о чём они рассуждают, ведь я всегда только записывала готовое, никогда ничего не вымучивала из себя, не знала наперёд, что выйдет из-под пера. Просто я иногда слышу что-то внутри себя и начинаю черкаться в блокноте, заранее не зная, чем закончится текст. Должно быть, маститые литераторы, люди, которые относятся к творчеству, как к профессии, осудят меня за эту поверхностность. Но что поделать, я так и не узнала, что такое черновик, все мои записи я считаю чистовиком, никаких корректировок в готовые тексты не вношу.

Для Вас литература – это хобби или профессиональная деятельность?

Ни то и ни другое. Это просто данность, что-то сродни инстинкту. Иными словами, я пишу, потому что мне просто пишется, потому что иногда я чувствую к этому какую-то тягу.

Связана ли ваша деятельность с литературой? Где Вы учитесь и / или работаете?

Отчасти. Я являюсь новостным корреспондентом на радиостанции, по образованию – журналист. Не скажу, что это сильно пересекается с моим, так скажем, писательским увлечением, всё-таки журналистика, копирайтинг и рерайтинг далеки от поэзии. Прозу я тоже пишу, но значительно реже. Также занимаюсь поэтическими и прозаическими переводами с других языков. Лингвистика и переводоведение – ещё одна моя маленькая страсть, приносящая радость и удовольствие.

Где Вы выступали и читали свои стихотворения, в каких конкурсах участвовали? Были ли Ваши стихи опубликованы в сборниках, если да, то в каких?

За свою достаточно долгую жизнь я участвовала во многих международных литературных и лингвистических конкурсах, выходила в финалы и шорт-листы, была и победителем, и участником первой тройки, публиковалась в итоговых сборниках этих самых конкурсов, но… Теперь это уже неважно, ведь это – свершившееся действие, а я бы хотела жить в настоящем, а не в прошлом. Не хочу, чтобы обо мне, как об авторе, судили по моим прошлым победам. Как говорил Рембо: «Только лишь сам процесс творчества что-то значит и имеет смысл, а остальное – совершенно не важно». Лучше и не скажешь.

Как Вы относитесь к литературному редактированию стихотворений?

Никак. Сама я никогда не редактирую то, что написала. Всё написанное – монолит, это рождено моим подсознанием, если начать вытаскивать оттуда кирпичики, рухнет вся конструкция. Если же кто-то другой мягко указывает мне на то, что пару строчек стоило бы заменить на более подходящие, могу лишь рассеяно улыбнуться в ответ. Это вовсе не «спесь неоперившегося юнца» перед, возможно, более опытным и талантливым деятелем искусства – я правда считаю, что не имею права выдёргивать эти куски из конструкции, ведь она пришла ко мне, по сути, уже готовой. В Древней Греции было принято считать, что автор лишь наполовину ответственен за свои произведения, ибо их надиктовали музы, а потому он не имеет права чересчур гордиться своим детищем – ведь оно не до конца принадлежит ему. Но и ругать творца за провал было не принято: вздорные музы решили пошутить над разумом несчастного смертного, подкинув ему дурную идею. Кто знает, может, греки были правы в этой маленькой житейской мудрости?..

Ваши любимые поэты и писатели?

Арсений Тарковский! Мой последний гений двадцатого века, мой образец идеального творчества, которое будет актуально и через несколько сотен лет. Думаю, у каждого есть такой особенный автор, который приходит на ум при подобном вопросе. Если говорить о зарубежных творцах, то это Артюр Рембо, Шарль Бодлер, Франсуа Вийон, Поль Верлен – безумно люблю французскую поэзию. Из писателей огромное впечатление на меня произвели Эрих Мария Ремарк, Фрэнсис Скотт Фицджеральд, Франц Кафка.

Как Вы считаете, достаточно ли сейчас в нашей стране литературных изданий?

Да, разумеется. И самое главное, что сейчас огромное количество интернет-изданий, сайтов, на которых можно свободно опубликовать своё творчество. Что ещё нужно автору для счастья?

На каком уровне, по Вашему мнению, находится литература в настоящий момент?

На наивысшем. Когда-нибудь я с гордостью смогу сказать внукам, что имела радость жить в эпоху гениев, в то прекрасное время, когда поэзия перестала быть делом определённого узкого круга людей и стала по-настоящему массовой. По аналогии с Золотым и Серебряным веками я бы ласково окрестила наш век веком хирургической стали или веком титана. Все современные литераторы – винтики в прекрасном большом механизме под названием «Искусство», и их много, и они разнообразны. Никогда в нашей стране ещё не было такого огромного количества писателей и поэтов, которые благодаря развитию сети интернет получили прекрасную возможность найти своего читателя и дойти до масс, даже не имея достаточного количества финансов на публикацию своих произведений в печати. Я часто захожу на специализированные сайты и вижу там тысячи новых авторов, я открываю YouTube и смотрю прекрасные живые выступления молодых поэтов, я слышу новые стихи, записанные в студийном варианте и с отличной музыкой к ним…

Чего, на Ваш взгляд, не хватает в современном литературном мире?

Всего хватает. Я не зря назвала наш «Титановый век» веком гениев – я вижу как продвинулся сам уровень поэтического творчества, вижу, насколько те, кто пишет сейчас, изобретательнее в плане рифм и ритмики по сравнению со своими предшественниками. Нет, я вовсе не хочу кинуть камень в тех, кто писал двести лет тому назад, отнюдь, а всего лишь пытаюсь донести простую мысль – современные поэты взяли лучшее из того, что было сделано до них, встали на эту платформу, на этот трамплин, и усовершенствовали всё, что было оставлено предшественниками. А все те авторы, что придут за поколением моих современников, будут, бесспорно, ещё лучше и гениальнее.

Оставьте комментарий